Денис Шаповалов заявил о себе впервые в 90х годах, как гитарист культовой ныне Pagan Metal команды Sunchariot. Хотя просуществовала она не долго, след оставить успела. Быть может это даже одна из самых сильных отечественных команд жанра. Именно Sunchariot первыми смогли издать свой альбом на CD за границей. Конкретнее: в Канаде на Soundscape Music. После распада группы, некоторые участники занялись другими проектами. Вокалист Станислав Иванов, например, вместе с Михаилом Соколовым создал darkwave-дуэт Stillife, который остается одним из лучших образцов готической электроники на постсоветском пространстве. Часть других участников занялись экспериментами с гитарным звуком и пост-роком в группе Die Muzik, в которой Шаповалов также принимал в ней участие. Однако известность в узких кругах любителей шумовой и эмбиентальной музыки ему принесло сольное творчество. Сохранив старое название Sunchariot, Шаповалов стал создавать угрюмую и сырую музыку с ритуальным оттенком. Нарочитая сырость предавала его зацикленным и утробным дронам некоторую первобытность. Как это часто бывает, чтобы издавать и распространять свою музыку, Денис создал свой лэйбл Observatory (позже переименованный в Observatorie), на котором и издавал свои работы в формате CDR и кассетных изданий. Ранние релизы лэйбла имеют крайне интересное ручное оформление со всевозможными инсертами и прочими коллекционными радостями. Ныне же музыкант перестал уделять оформлению такое большое значение и полностью сконцентрировался на музыке. Кроме Sunchariot у Дениса Шаповалова имеется множество других проектов. DS Matter – проект, в рамках которого исследуются возможности цифровой обработки звука; Enmerkar; двухразовый совместный с Александром Селивановым (MortArt, Imbecil Records) проект L’Homme Eternel, а также основной на сегодняшний день – Adriva. Если Sunchariot исследовал более трансовые, измененные состояния и ритуалистику, то Adriva более экспериментален, погружен в исследование звука. От сырого шаманского drone Adriva двинулся в плоскость field recordings и электроакустики. Хотя, конечно, общие черты и «рука мастера» чувствуется во всех проектах.
Денис Шаповалов видется нам одним из самых интересных композиторов, работающих в рамках экспериментальной и электроакустической музыки. С большим удовольствием публикуем ниже интервью с ним.
1. Здравствуй. Никогда ранее не встречал интервью с тобой, поэтому не мог бы ты рассказать, как ты начал заниматься музыкой?
Привет. Когда-то занимался классической гитарой у частного преподавателя, это был определенный опыт в овладении инструментом и нотной грамотой. Пробовал играть в death и black металлических проектах, но мне это не подходило. Всегда самой явной проблемой была полная несостоятельность коллег по группам.
2. Ранее Sunchariot являлся пэган метал проектом. Почему ты отошел от металла?
Ну, это совершенно объективное явление, ведь в 90х закончилось время классического состояния метал-культуры. Ко времени последнего альбома я не испытывал особенного интереса к рок-н-роллу…
3. Сильно ли по содержанию отличаются Sunchariot металлический и нынешний?
Видимо – да. Это связано с личным сосредоточением над проектом. Хотя этот материал не имеет крайней завершенности, стилистической точности – он отлично характеризует раннюю направленность Adriva, а затем и Sunchariot.
4. Твоя музыка языческая? Есть ли язычеству место в сегодняшнем дне?
Хм… Сложно представить себе языческую музыку сегодня, сейчас. Если ты имеешь ввиду постоянное соприкосновение с древностью в любом современном обществе – то да.
5. Расскажи об остальных своих проектах (Adriva, Matter и т.д.). Чем они друг от друга отличаются?
Adriva явно выделяющийся пример моего творчества. Всегда стараюсь дать больше пространства этой звуковой форме, не закрепощая постоянной концептуально очерченной конфигурацией. Dsmatter максимально открыт для интерпретаций и носит описательный характер. на сегодня пропагандирует авторскую =упрощенную структуру, или «систематический звук». Вот.
6. Что означает название "Adriva"?
Адрива - это религиозно-философское понятие персидской традиции и не только...
7. Твое звукотворчество невербально, там на первый взгляд нет конкретики. Исходя из этого, можно ли назвать твою музыку интернациональной или же она идет из земли, на которой живешь?
Если сказать просто, моя земля тоже интернациональна и многокультурна. в причерноморских и приазовских степях жили столько народов в разные времена... Скорее всего, дело в фокусировке предмета, рассматриваемого в серии записей или одном треке. Задача может быть многосложной и вести к перекрестным наложениям и прочим эффектам, связанным как с композицией и фактурой звука, так и визуально фонетическими внешними признаками. Все зависит от частных задач. Я всегда стараюсь передать или намекнуть на стремление к преодолению современного искусства, участия в нем. это поможет дать ответы слушателю на некоторые вопросы по поводу.
8. Как ты считаешь, чего больше в твоей музыке - эксперимента или архаики?
Естественно - эксперимент. откуда в моем звуке «архаика»? Я не использую какие либо эффективные ходы; этно-инструменты, заклинания и т п. это всего лишь личное чувство абстрактной энергии, заключенной в условиях композиции и звука.
9. Были ли у тебя живые выступления? Что ты о концертной практике думаешь?
Раньше играл в Ростове, было одно выступление Sunchariot и два Adriva. На раннем этапе проекта Adriva я много играл на гитаре в составе пост-рок проекта DieMuzik. Конечно, это прекрасная практика, мне всегда нравилась неповторимость живых выступлений. С недавних пор я решил возобновить концертную практику.
10. Большинство твоих релизов ты издавал сам на своем лэйбле OBSERVATOIRE. Тебя не устраивали существующие лэйблы?
Очень странный вопрос… скорей все наоборот. И далеко не в пользу данного интервьюируемого.
Да, действительно, у меня мало изданий помимо Observatoire, но как-то с этим не получалось, видимо. Правда, были пара предложений от лейблов, которые просто зависли в воздухе, я сильно не задумывался над этим. лучше пусть все будет естественным и своевременным.
11. Ты сам предпринимал попытки как-то распространять свою музыку?
Конечно, обсерватория. Кстати, сейчас я стараюсь заниматься другими музыкантами, но, раньше, всегда, старался сотрудничать с другими лейблами в обмене. Правда мое раннее знакомство с отечественным андеграундом было странным: попросту не отвечали на письма... это же и есть распространение? Удивительно, но сейчас люди с интересом откликаются на мои идеи, как в России, так и вне нашей страны.
12. Когда ты создаешь музыку, ты пребываешь в каких-либо особенных состояниях?
Раньше – да. Со временем стал стремиться к долговременным интеллектуальным записям, где нет места сиюминутному экстазному порыву.
13. Откуда идет твоя музыка: это твои личные переживания или откровения из других сфер?
Здесь я затрудняюсь. Т е вопрос в большей степени относится к основному проекту Adriva. нужно возвращаться к каждой записи по отдельности. Нужно подумать об описаниях «этого» в будущем
14. Какую музыку слушаешь сам?
Слушаю много разной музыки. От старого диско до жесткого нойза. Но покупаю, естественно, пластинки с экспериментальной музыкой электроакустики, полевых записей, конкрит музыки…
15. Что ты можешь сказать о шумовой сцене в Ростове-на-Дону?
Ростовская сцена видоизменяется, растет количественно. Конечно, повторяю свою фразу «мечтаю, чтобы новые музыканты удивляли, затмевали старых». Ведь новое поколение гораздо современней и имеют всю свою непосредственность и ясность для яркого сегодняшнего искусства. Действительно, хочется новых удивительных имен из Ростова.
16. Есть ли конкретные имена, которые ты можешь назвать?
Сейчас, на мой взгляд, лучшие продолжатели экспериментального звука в городе - это проекты 4elovek40 и Эдуард Срапионов \Papa Srapa\. а так же более молодые проекты Zo-Rin и Samokat. Они мне очень понравились. Особенно хочу отметить Александра Левченко, известный в основном по концертной деятельности как 4elovek40. Я услышал впервые его записи много лет назад. это качественный электронный эмбиент с гипнотичными пульсациями. на мой взгляд это лучший эмбиент-музыкант и он представлен на сборнике Observatoire «Идея южно-индийского снимка» двумя треками, одна из которых записана совместно с ростовским шумовым рокером А. Горисом.
17. Ты являешься частью какой либо сцены?
О, вероятно – отечественной, точно.
18. Твое отношение к радикальному культурному терроризму?
Глупая тема. масскультура куда жестче и прямолинейней в своих методах. не вижу смысла в переживании этой проблемы путем индивидуального глубокого отторжения или замещения посредством андеграундного искусства. общество этой культуры ничего подобного не боится. Оно лишь содрогнется при виде чего-то, что гораздо сильнее и грубее всех предыдущих уже привычных прелестей.
19. Твое отношение к традиционализму и твое понимание Традиции?
Традиционализм и Традиция -это разные вещи. здесь многое зависит от собственного восприятия и уровня культуры. например, меня в основном интересует самая архаичная часть «этно-психологитческого» восприятия, вошедшая в нашу жизнь и часто нами не замечаемая.
20. Может ли искусство как-то изменить мир и людей?
Нет, не может. Это старый вопрос. с другой стороны искусство, хотя и существует для любителей искусства, так же сопрягается со многими другими сферами…
21. Что для тебя Красота?
Песни про Русь и редактированные «сказки» - это красивость, уродливая и чужая красивость. а примитивный орнамент или ритуальный топор на деревенских похоронах - своя красота, другой
нет
22. Почему ты согласился на это интервью? Есть ли польза в подобных нашему изданиях?
Ну, я и раньше соглашался на интервью. Польза есть точно. Любых андеграундных изданий должно быть больше.
.
23. Закончи интервью сам. Скажи что-нибудь нам и тем, кто читает интервью напоследок.
Пожелания больше обращаться к тому, что было до нас, старше нас. мы сможем узнать, что нас ожидает
